Главная интрига: В предвыборную эпоху, когда политические партии существуют больше в опросах, чем в реальности, встреча Беннета и Либермана напоминает репетицию пьесы, актеры которой еще не знают ни сценария, ни состава труппы.
Факт встречи двух политиков средних лет за утренним кофе, где они обсуждают судьбы государства, это может быть либо началом великой политической драмы, либо очередным эпизодом израильского политического водевиля. Встреча Нафтали Беннета с Авигдором Либерманом 27 августа скорее напоминает вторую категорию — два актера репетируют роли в пьесе, режиссер которой еще не написал финальный акт, а зрители не определились, стоит ли покупать билеты.
Беннет прибыл на встречу в качестве лидера партии, которая существует пока только в воображении социологов и Excel-таблицах опросных агентств. «Беннет 2026», как романтично окрестили эту политическую химеру, действительно лидирует в рейтингах с внушительными 26 мандатами, но это примерно как быть чемпионом мира по шахматам в параллельной вселенной — звучит впечатляюще, но в реальности пока не значит ничего. Состав этой виртуальной партии знает только сам Беннет, и то не факт, что он уже окончательно определился.
Либерман, в свою очередь, явился на свидание с политическим багажом более осязаемым, но не менее печальным. Его «Исраэль Бейтейну» скатилась в опросах до с 15 до 6-9 скромных мандатов (при шести реальных) — это как прийти на переговоры о разделе империи, имея в кармане только мелочь на автобус домой. Еще недавно партия Либермана могла похвастаться куда более солидными показателями, но израильские избиратели, видимо, устали от его бесконечных ультиматумов и требований «сионистской» коалиции, особенно когда эти требования так и не материализовались в реальную власть.
Повестка их разговора читалась как джентльменское соглашение о намерениях: война в Газе без четкой стратегии выхода, переговоры по заложникам, которые буксуют уже месяцами, кризис с призывом ультраортодоксов, экономика в рецессии. И венец дискуссии — «обсуждение различных путей замены правительства как можно скорее для исправления Израиля». Звучит благородно, но на деле это классическое политическое прощупывание почвы, когда каждый участник пытается понять, есть ли у другого что-то более существенное, чем красивые лозунги и социологические проценты.
Либерман, верный своим принципам, тут же отправил письмо Яиру Лапиду с предложением о встрече оппозиционных лидеров для выработки «руководящих принципов» будущего правительства. Этот маневр напоминает приглашение на корпоративную вечеринку компании, которая еще не создана, — амбициозно, но несколько преждевременно. Впрочем, в израильской политике преждевременность давно стала признаком хорошего тона.
Особенно пикантна позиция Либермана, который уже который год подряд оказывается не в правом лагере, где логически должен находиться по своим взглядам, а в «сионистском», что на практике означает антирелигиозном. Его настойчивые требования исключить из будущей коалиции ультраортодоксальные партии звучат как принципиальная позиция, но создают любопытную дилемму: если Беннет решит повторить свой исторический эксперимент 2021 года и снова пригласить в коалицию всех подряд — от арабских партий до религиозных сионистов — что тогда будет делать Либерман?
История той самой коалиции Беннета-Лапида — яркий пример того, как политическая гибкость может граничить с акробатикой. Восемь партий от правых до арабов, объединенных единственной священной целью: убрать Нетаниягу. Эксперимент продлился год и рухнул именно из-за идеологических противоречий, которые поначалу казались преодолимыми. Беннет тогда пожертвовал своими правыми убеждениями ради кресла премьера, а Либерман… собственно, Либерман затем остался за бортом, критикуя коалицию за недостаточную принципиальность.
Сегодняшняя встреча скорее напоминает разведку боем — попытку понять, готовы ли потенциальные союзники к новому раунду идеологических компромиссов ради власти. Беннет, судя по всему, готов — его виртуальная партия в опросах обгоняет даже «Ликуд», что для политика, еще недавно считавшегося маргинальной фигурой, само по себе достижение. Но готовность в опросах и готовность в реальной политике — вещи принципиально разные.
Либерман же находится в еще более деликатной ситуации. Его партия с шестью мандатами продолжает выдвигать условия, как будто за его спиной стоят миллионы избирателей, а не несколько пару сотен тысяч. Это классическая ловушка малых партий в израильской политике: чтобы оставаться заметными, они вынуждены звучать категорично, но категоричность автоматически сужает возможности для маневра.
Текущее правительство Нетаниягу предоставляет оппозиции действительно богатый выбор поводов для критики. Коалиция трещит по швам из-за вопроса призыва ультраортодоксов, экономика демонстрирует худшие показатели среди стран ОЭСР, война в Газе затягивается без ясных перспектив, а международная изоляция углубляется. В таких условиях любая альтернатива может показаться привлекательной, но вопрос в том, способна ли эта альтернатива материализоваться во что-то более существенное, чем утренние разговоры за кофе.
Ирония ситуации в том, что Нетаниягу, мастер политических интриг, сам создает условия для объединения своих оппонентов. Но объединение в израильской политике — процесс куда более сложный, чем простое арифметическое сложение мандатов. Нужна не только воля к компромиссу, но и четкое понимание того, ради чего этот компромисс заключается. Пока что у потенциальной оппозиционной коалиции есть только общий знаменатель — желание убрать Нетаниягу. Но, как показал опыт 2021 года, этого может хватить лишь на временную стабилизацию, а не на долгосрочное управление.
Встреча Беннета с Либерманом — это пока что политический флирт, попытка выяснить, есть ли основания для более серьезных отношений. У одного есть высокие рейтинги, но нет партии. У другого есть партия, но нет рейтингов. В математике такое сочетание может дать интересный результат, но в политике математика работает далеко не всегда. Особенно когда речь идет об израильской политике, где сегодняшние союзники завтра могут стать заклятыми врагами, а послезавтра снова объединиться против общего противника.
