В израильской политике редко случаются моменты, когда бывший генерал и центрист Бенни Ганц предлагает временно забыть обо всех обидах ради общего дела. Еще реже бывает так, чтобы такие предложения встречались дружным хором насмешек со всех сторон политического спектра. Но именно это и произошло, когда лидер партии «Национальное единство» выступил с инициативой создания шестимесячного правительства национального единства с единственной целью — освободить заложников из Газы и принять закон о всеобщей воинской повинности.
История израильской политики полна примеров того, как в критические моменты заклятые враги временно объединялись. Достаточно вспомнить правительство национального единства 1967 года накануне Шестидневной войны, когда Менахем Бегин впервые вошел в кабинет министров под руководством Леви Эшкола. Или драматическое объединение Ицхака Рабина и Шимона Переса в 1984 году, когда они согласились на ротацию на посту премьер-министра. Но предложение Ганца выглядит скорее как попытка реанимировать политический труп в то время, как все остальные участники процесса уже давно определились со своими позициями.
Ганц, покинувший правительство Нетаниягу в июне прошлого года в знак протеста против ведения войны, теперь предлагает вернуться к тому же самому столу переговоров, только уже в компании Яира Лапида из «Еш атид» и Авигдора Либермана из «Исраэль бейтену». Логика здесь простая: если Нетаниягу не может заключить сделку по заложникам из-за давления крайне правых партнеров вроде Итамара Бен-Гвира и Бецалеля Смотрича, то временное правительство с участием центристов и левоцентристов может обеспечить необходимое парламентское большинство для принятия болезненных решений.
На бумаге это выглядит разумно. На практике — как попытка собрать пазл из кусочков, которые принципиально не подходят друг к другу. Лапид моментально напомнил, что он уже предлагал Нетаниягу «страховочную сетку» для любой сделки по заложникам, но категорически отказывается входить в какое-либо правительство под руководством действующего премьер-министра. «У Ганца уже есть моя поддержка для возвращения заложников», — заявил лидер оппозиции, фактически предлагая альтернативу: поддержка извне без участия в правительстве.
Либерман, никогда не отличавшийся дипломатичностью, назвал предложение Ганца «жалким спектаклем» и заявил, что его партия не будет участвовать ни в каких «манипуляциях». Лидер «Исраэль бейтену» настаивает, что готов присоединиться только к «стена-к-стене сионистскому правительству», что в переводе с политического языка означает: без арабских партий, но с максимально широким представительством еврейских партий. Проблема в том, что такого рода конструкция в нынешних условиях выглядит не менее фантастической, чем предложение самого Ганца.
Что касается правого фланга, то там Ганца встретили и вовсе как нежеланного гостя на семейном торжестве. Бен-Гвир, министр национальной безопасности, заявил, что «правительство сильнее без Ганца» и что правые избиратели голосовали не за центристское или единое правительство. За этими словами скрывается простая истина: крайне правые министры прекрасно понимают, что любое расширение коалиции за счет центристов автоматически уменьшит их собственное влияние на принятие решений.
Ирония ситуации заключается в том, что предложение Ганца появилось именно в тот момент, когда переговоры по заложникам, казалось бы, получили новый импульс. ХАМАС согласился на новый план прекращения огня и освобождения заложников, выработанный при посредничестве Египта и Катара на основе американских предложений. План предусматривает освобождение примерно половины из 50 остающихся заложников (около 20 из которых считаются живыми) в течение 60-дневного перемирия. Однако Израиль настаивает на одновременном освобождении всех заложников.
ВИДЕО. АНТИПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЕ БЕСПОРЯДКИ В ИЗРАИЛЕ/ АРХИВ
В этом контексте предложение Ганца выглядит как попытка разорвать порочный круг, в котором политические соображения блокируют принятие решений по жизненно важным вопросам. Семьи заложников уже месяцами требуют любой сделки, которая вернет их близких домой, в то время как крайне правые министры угрожают развалить правительство при малейших уступках ХАМАСу. Ганц фактически предлагает создать альтернативный центр принятия решений, который будет свободен от этих ограничений.
Проблема, однако, в том, что сам Нетаниягу пока никак не отреагировал на предложение бывшего партнера по военному кабинету. Премьер-министр, прошедший огонь, воду и медные трубы израильской политики за свои полтора десятка лет у власти, слишком хорошо знает цену политических альянсов. Его предыдущий опыт сотрудничества с Ганцом — сначала во время пандемии COVID-19 в 2020 году, а затем после атаки 7 октября — заканчивался разрывом отношений и взаимными обвинениями.
Любопытно наблюдать, как политические противники Нетаниягу фактически требуют от него самоубийственного с политической точки зрения шага. Создание временного правительства с оппозицией под эгидой «освобождения заложников» автоматически означало бы признание того, что текущий кабинет неспособен решить эту задачу. А назначение выборов на весну 2026 года практически гарантировало бы политическое поражение правого блока, рейтинги которого находятся на низких отметках.
С другой стороны, сам Ганц находится не в самом завидном положении. Его партия «Национальное единство» в последних опросах балансирует на грани избирательного барьера, а политический капитал, накопленный за время участия в военном кабинете, стремительно тает. В этих условиях предложение о временном правительстве выглядит скорее как отчаянная попытка вернуться в большую игру, чем как продуманная политическая стратегия.
Международное сообщество тем временем продолжает оказывать давление на все стороны конфликта. Совет Безопасности ООН еще в июне принял резолюцию 2735, призывающую к полному выполнению трехфазного плана прекращения огня и освобождения заложников. Первая фаза включает немедленное прекращение огня и освобождение заложников, последующие этапы предусматривают постоянное прекращение военных действий и восстановление Газы. Но как показывает опыт предыдущих десятилетий, резолюции ООН в ближневосточном контексте часто остаются благими пожеланиями.
ПОЛИТИЧЕСКИЕ РЕАЛИИ И ПЕРСПЕКТИВЫ
Анализ текущей ситуации показывает, что предложение Ганца сталкивается с фундаментальными препятствиями:
Позиции ключевых игроков:
Яир Лапид Поддержка сделки по заложникам, отказ от участия в правительстве Нетаниягу. Принципиальное неприятие действующего премьер-министра.
Авигдор Либерман Отклонение предложения как «политического спектакля». Требование более широкой коалиции без текущего руководства.
Итамар Бен-Гвир — Категорическое противодействие. Защита позиций крайне правого блока.
Биньямин Нетаниягу_ Публичного ответа пока нет. Политическое выживание и сохранение власти.
статус переговоров по заложникам:
— ХАМАС согласился на план освобождения ~25 заложников в течение 60 дней
— Израиль настаивает на одновременном освобождении всех 50 заложников
— Около 20 заложников считаются живыми
— Международные посредники (США, Египет, Катар) продолжают попытки найти компромисс
ЭЛЕКТОРАЛЬНЫЕ ПРОГНОЗЫ:
— Правый блок: низкие рейтинги
«Национальное единство» Ганца: на грани избирательного барьера
— Центристский блок Лапида: нестабильные позиции
Предполагаемые выборы весной 2026 года могут кардинально изменить расклад сил
Ключевой вывод: Предложение Ганца отражает тупиковость текущей политической ситуации, но сталкивается с непреодолимыми препятствиями в виде взаимного недоверия политических лидеров и их электоральных расчетов.
