Премьер-министр Биньямин Нетаниягу:
«Дорогие граждане Израиля,
прежде всего, от себя, от имени моей супруги и от имени всех вас хочу выразить самые глубокие соболезнования семье старшего сержанта Ралеба Насера, павшего сегодня в бою в секторе Газа. Да будет благословенна его память.
Весь народ Израиля скорбит вместе с его семьей. Весь народ Израиля преклоняется перед его героизмом.
Желаю полного и скорейшего выздоровления раненым в том же бою бойцам.
Я поручил ЦАХАЛу жёстко отреагировать и усилить давление на ХАМАС.
Мы ведём войну за возрождение, войну на семи фронтах. Эта война имеет очень высокую цену, потому что каждая такая потеря – это целый мир. Но у нас, как у народа, стремящегося к жизни, нет иного выбора, кроме продолжения борьбы за наше существование до победы.
Граждане Израиля, как ваш премьер-министр, я не сдамся. Я не сдамся убийцам, совершившим самое ужасное массовое убийство евреев со времен Холокоста, потому что капитуляция поставит под угрозу безопасность страны и подвергнет опасности вас.
Мы находимся на решающем этапе кампании, и на этом этапе требуются терпение и решимость, чтобы победить. Если мы сейчас уступим диктату ХАМАСа, все те огромные достижения, которых мы добились благодаря нашим бойцам, нашим павшим и нашим раненым, просто пойдут прахом.
С самого начала войны мы слышали призывы к её прекращению путём капитуляции, а в последнее время эти призывы усилились.
Если бы я уступил этим призывам, мы бы не вошли в Рафиах, мы бы не захватили Филадельфийский коридор, мы бы не провели операцию «Биперы», мы бы не ликвидировали Синуара, Дэйфа, Ханию и Насраллу, мы бы не создали условий для падения режима Асада и серьёзного удара по иранской оси, мы бы не изменили лицо Ближнего Востока. Мы бы просто продолжали жить под экзистенциальной угрозой.
Поэтому хочу сказать вам несколько слов об Иране. Я обязан предотвратить получение Ираном ядерного оружия. Я не отказываюсь от этого и не отступаю ни на миллиметр.
Но самое интересное — слышать критику от тех, кто выступал против действий, которые я предпринимал на протяжении многих лет, чтобы нанести ущерб иранской ядерной программе, чтобы задержать её. Без этих действий у Ирана уже было бы ядерное оружие 10 лет назад.
Многие из тех, кто говорит сегодня, систематически выступали против всей моей деятельности и проводимой мною политики. Видимо, нет предела лицемерию.
Что касается иранского форпоста в Газе — если мы не завершим уничтожение военных и административных возможностей ХАМАСа, следующее 7 октября — и следующие похищения — это лишь вопрос времени.
ХАМАС заявляет, что сделает это, он собирается это сделать и работает над тем, чтобы это сделать.
Сохранение власти ХАМАСа в Газе станет колоссальным поражением для Израиля и огромной победой для Ирана.
В эти выходные ХАМАС в очередной раз отверг предложение, которое могло бы привести к освобождению половины живых заложников, всё ещё находящихся в Газе, и к возвращению множества тел погибших.
ХАМАС требует прекращения войны и сохранения своей власти. Он также требует полного израильского вывода из Газы, а затем — восстановления Газы за счёт ввода огромного капитала, который позволит ему снова вооружиться и готовить атаки против нас.
Прекращение войны на этих условиях капитуляции пошлет всем врагам Израиля сигнал: захватив израильтян, можно поставить государство Израиль на колени. Его можно победить.
Это также будет смертельным посланием о том, что террор окупается — и это навредит безопасности всего свободного мира.
Разумеется, в таких условиях не сможет реализоваться и важнейшее видение президента Трампа — видение, которое должно изменить Газу раз и навсегда и позволить нашему государству жить в безопасности.
Поэтому, я заявляю: мы не завершим войну за возрождение, пока не уничтожим ХАМАС в Газе, пока не вернём всех наших заложников и пока не гарантируем, что сектор Газа больше не будет представлять угрозу для государства Израиль.
Те, кто столь безответственно призывает закончить войну на условиях капитуляции перед ХАМАСом, — что они делают? Они слово в слово повторяют пропаганду ХАМАСа. Они подливают масла в огонь жестокой психологической войны, которую он ведёт против нас и против семей заложников, и они отдаляют — не приближают, а отдаляют — освобождение наших заложников. Они оставляют их в плену ХАМАСа на ещё более долгий срок.
Эти условия капитуляции, которые ХАМАС выдвигает, не новые. Он выдвигал их раз за разом при всех сделках по освобождению заложников.
Но какой ответственный израильский лидер может принять их после 7 октября?
Точно не я, и я убежден — вы тоже нет.
Те из нас, кто призывает сдаться требованиям ХАМАСа, говорят нам:
«Сдайтесь сейчас, выйдите из Газы и из Филадельфийского коридора, обманите ХАМАС, дав обещание больше не воевать, а когда ХАМАС освободит всех заложников — возобновите военные действия».
Самый вопиющий абсурд — самый вопиющий — в том, что они открыто говорят это в телестудиях, на глазах у ХАМАСа.
Вы понимаете? Они фактически говорят нам:
«Скажите ХАМАСу: мы сообщаем вам, что обманываем вас — соглашайтесь на это».
ХАМАС — это банда омерзительных убийц, но они не глупцы.
Они требуют связывающих руки международных гарантий, которые исключают возможность той якобы «уловки», которую предлагают нам различные самопровозглашенные эксперты из телестудий. У них нет ни малейшего понятия, как устроена международная система.
Никто, включая Соединённые Штаты — ни Китай, ни Россия, ни другие члены Совета Безопасности, — никто не согласится участвовать в подобной уловке. Это сделает возвращение к войне невозможным. У нас просто не будет никакой легитимности для этого.
Помните, с какой скоростью Израиль потерял международную поддержку самой справедливой войны в нашей истории — и это после того, как чудовища из ХАМАСа за одни сутки убили более 1200 наших граждан и похитили более 250.
Очень быстро ситуация повернулась против нас: международное давление сосредоточилось на Израиле, даже от наших ближайших союзников мы получили эмбарго на поставки оружия, и даже сейчас нам приходится сталкиваться с обвинениями в геноциде на международной арене.
Поэтому я хочу прояснить: не бывает фиктивных обязательств. Если мы пообещаем прекратить военные действия, мы не сможем вернуться к войне в Газе.
В качестве условия окончания войны ХАМАС требует полного вывода ЦАХАЛа из сектора Газа, включая Филадельфийский коридор и зону безопасности, которая защищает граждан Израиля от террора ХАМАСа.
И я хочу спросить вас: неужели наши солдаты сражались зря? Неужели наши герои пали и были ранены зря?
И в Ливане, и в Сирии мы создали зоны безопасности для защиты жителей севера. Отказ от зоны безопасности в Газе означает, что в течение короткого времени ХАМАС восстановит свою террористическую армию и сможет снова похищать и вырезать израильтян.
Моя обязанность как премьер-министра не допустить этого. И я этого не допускаю.
Я верю, что можно вернуть наших заложников, не поддаваясь ультиматумам ХАМАСа. Именно так я действовал до сих пор.
Вы знаете, что на одном из первых заседаний кабинета в начале войны — возможно, даже на первом — один из высокопоставленных представителей сил безопасности сказал, что нам, возможно, придётся смириться с тем, что мы не сможем вернуть ни одного заложника.
Я был иного мнения. Я верил, что сочетание военного и дипломатического давления принесёт результат.
Многие не верили в это, но на сегодняшний день мы вернули 196 заложников, из них 147 живыми. В Газе до сих пор находятся 24 живых заложника и 35 тел погибших.
Задача ещё не выполнена, и я намерен довести её до конца, не уступая ХАМАСу.
С начала войны, в том числе в последние дни, моя супруга и я встретились и поговорили с множеством семей заложников. Мы продолжим встречаться со всеми, как делали это с начала войны.
Я встречаюсь с людьми. Я понимаю ужасные страдания семей: отцов и матерей, братьев и сестёр, жён. Я чувствую их огромную боль. Я слышу их боль. Это разрывает моё сердце.
Мы будем усиливать давление на ХАМАС, пока не достигнем всех целей войны. И я вновь подчёркиваю: мы не откажемся ни от одного заложника, ни живого, ни погибшего. Мы намерены вернуть всех домой.
Граждане Израиля, в разгаре война на многих фронтах – такой войны ещё не было.
Благодаря героизму наших бойцов, благодаря великому духу нашего народа, благодаря твёрдой политике, проводимой правительством под моим руководством, мы достигли колоссальных успехов.
Но задачи ещё не выполнены, и мы полны решимости довести их до конца.
После Песаха и перед Мимуной, накануне Дней Памяти и Независимости, которые объединяют наш народ, я говорю: впереди большие вызовы, и мы справимся с ними. Справимся, потому что будем действовать вместе.
Будем действовать с решимостью, с силой, с верой и с великим духом, живущим в нашем народе.
Будем стоять вместе, вместе будем сражаться, и, с божьей помощью вместе победим».
