«Может быть, лучшее решение — чтобы нас не стало, и тогда камень упадет с сердца, и больше не придется заботиться о тех, кто построил это государство.» — Йоханан Рон, переживший Холокост
Бюджет 2025: Арифметика равнодушия
Семь бюджетов. Семь лет. Ни одного дополнительного шекеля для тех, кто пережил ад и построил государство. Таков итог «приоритетов» нынешнего правительства в отношении ныне живущих свидетелей одной из самых страшных трагедий в истории человечества.
В то время как в Кнессете специальный комитет по поддержке переживших Холокост собирается на очередное заседание, статистика безжалостно отсчитывает обратный отсчет: 40 человек ежедневно, более 14 600 ежегодно — такова скорость, с которой Израиль теряет последних свидетелей Катастрофы. При таких темпах через пять лет их просто не останется — математика, которую так легко просчитать и так трудно принять.
Бюджетные фокусы с немецкой рентой
Одна из самых циничных практик нынешнего бюджетного процесса касается немецких репарационных выплат. Когда Германия, движимая историческим чувством вины, увеличивает размер «ренты» для переживших Холокост, Израиль проворно сокращает свою долю поддержки, перенаправляя «освободившиеся» средства в другие статьи бюджета. Такая бухгалтерская эквилибристика была бы уместна в цирке, но не в вопросе жизнеобеспечения пожилых людей со средним возрастом 87 лет.
«Есть приоритеты, и правительство выбирает использовать этот бюджет для установленных целей,» — лаконично объяснил представитель Минфина Рои Бабаи. Более откровенную формулировку политики невозможно было бы придумать даже в романах Кафки — приоритеты действительно есть, и пережившие Холокост в них явно не входят.
Стратегическое население… в других странах
«Мы были в Японии и США, где пожилое население считается стратегическим, и правительство соответственно к нему относится,» — отметил Нахи Кац, генеральный директор Ассоциации домов престарелых. Стратегическое население… Какой элегантный эвфемизм для признания ценности человеческой жизни на закате лет.
В Израиле же, где пожилые люди потребляют около 40% общего бюджета здравоохранения, они воспринимаются не как стратегический ресурс, а как финансовое бремя. Эта арифметика особенно горька, учитывая, что страна была основана на принципе «никогда больше» и призвана стать убежищем для еврейского народа после Холокоста.
Игра с процентами: 50% инвалидности как рубеж выживания
Особо вопиющей выглядит ситуация с признанием инвалидности. В настоящее время 25% из оставшихся 41 000 переживших Холокост имеют степень инвалидности ниже 50%, что ограничивает их доступ к необходимому медицинскому обслуживанию и льготам.
«Нет ни одного пережившего Холокост, которому нельзя было бы повысить степень инвалидности. Правильно было бы, чтобы все начинали с 50%,» — заявила Орли Сиван, исполнительный директор ассоциации «Авив». Эта математическая граница в 50% становится буквально границей между достойной старостью и нищетой для более чем 10 000 пожилых людей.
Бюрократические лабиринты для 87-летних
Представьте себе человека, прошедшего через концентрационные лагеря и гетто, пережившего Холокост, построившего государство Израиль из пепла европейской катастрофы. Теперь ему 87 лет, и он вынужден преодолевать новые бюрократические препятствия, чтобы доказать право на дополнительные проценты инвалидности или субсидированный транспорт для посещения медицинских учреждений.
Это похоже на жестокую шутку истории — люди, пережившие один из самых страшных режимов бюрократизированного насилия XX века, на склоне лет вынуждены снова столкнуться с бюрократической машиной, на этот раз — собственного государства.
Вариант решения: 60 миллионов шекелей
Председатель комитета озвучила конкретный вопрос: могут ли 60 миллионов шекелей из бюджета 2024 года быть перенаправлены в Управление по правам переживших Холокост?
Сумма по меркам государственного бюджета ничтожная, но для тысяч пожилых людей она могла бы означать разницу между отоплением в зимние месяцы и горячим питанием или их отсутствием.
Читая между строк официальных заявлений, невольно вспоминается гротескный мир романов Гоголя, где чиновники были озабочены бумагами и процедурами больше, чем живыми людьми. Но даже в самых мрачных сатирах Гоголя не встречается ситуация, когда государство экономит на своих основателях, доживающих последние годы.
«Пожалуйста, исчезните быстрее»
Самые пронзительные слова прозвучали из уст Йоханана Рона, пережившего Холокост из организации «Потерянное детство»: «Если мы не поднимем крик и не исправим несправедливость, ничего не сдвинется с места. Да, сейчас все заняты войной и оплакивают убитых, но когда 40 переживших Холокост умирают каждый день, возможно, лучшее решение — чтобы нас не стало, и тогда камень упадет с сердца, и больше не придется заботиться о тех, кто построил это государство».
В этих горьких словах заключена страшная правда. Политика невмешательства и откладывания решений выглядит как циничное ожидание естественного решения проблемы — когда последние свидетели исчезнут, исчезнет и проблема их поддержки.
История судит молчанием
В то время как Израиль строит впечатляющие мемориалы Холокоста и проводит театрально-торжественные церемонии памяти, живые свидетели тех событий доживают свои дни в тени бюджетного дефицита и бюрократических проволочек. Парадокс заключается в том, что мы готовы вкладывать миллионы в увековечивание памяти о Холокосте, но не находим средств для достойной жизни его последних свидетелей.
Председатель комитета Мирав Коэн выразила надежду, что «в своем седьмом бюджете правительство Израиля найдет место и для пожилых людей, и для переживших Холокост». Но в этой надежде звучит отчаяние, ведь если за предыдущие шесть бюджетов место не нашлось, что изменится в седьмом?
История, как известно, судит не только по словам, но и по молчанию. И в этом молчании бюджетных строк слышится приговор нынешнему поколению политиков, выбравших забыть о живых ради красивых речей о мертвых.
