Появление партии Гади Айзенкота — не первый и, возможно, не последний акт в бесконечной пьесе израильских «партий имени себя», где харизма генерала и громкие обещания сталкиваются с суровой реальностью политической арены. История подобных проектов учит скепсису: за стартовым успехом часто следует быстрое разочарование, а военный ореол не гарантирует долгой политической жизни.
В израильской политике, где новые партии появляются с завидной регулярностью, а бывшие генералы с военной выправкой и уверенным взглядом на будущее раз за разом пытаются примерить на себя костюм гражданского лидера, регистрация очередного проекта с говорящим названием «Яшар ле-Исраэль им Айзенкот» не стала сенсацией. Гади Айзенкот, человек, чья биография — учебник по военной карьере: от командира взвода в «Голани» до начальника Генштаба, реформатора и автора военной доктрины, теперь выходит на политическую сцену, обещая «исцеление и надежду» для общества, уставшего от нескончаемых дрязг и популизма.
Его заявления о приоритете национальной безопасности и профессионализме звучат знакомо, как и риторика о деполитизации армии и объединении центристских сил.
Однако, стоит лишь оглянуться назад, чтобы увидеть длинный ряд партий, созданных бывшими военными: от Эхуда Барака до Бени Ганца, от Ицика Мордехая до Моше Яалона. Все они начинали с высоких рейтингов, обещая «новое качество политики», но быстро сталкивались с суровой действительностью: отсутствие чёткой идеологии, внутренние противоречия, ограниченный опыт в гражданском управлении и, главное, быстрое разочарование электората. Партии, построенные вокруг одной фигуры, редко переживают своего лидера или хотя бы второй электоральный цикл, растворяясь в более крупных блоках или исчезая с политической карты страны.
Скепсис по поводу «партий генералов» стал уже частью политического фольклора: их называют «пустышками», «партиями одного цикла», и даже самые яркие военные звёзды быстро тускнеют под светом софитов Кнессета.
Айзенкот, безусловно, фигура незаурядная. Его реформы в армии, программа «Гидеон», публикация официальной военной доктрины, а также участие в ключевых операциях против ХАМАС — всё это создало ему репутацию прагматика и профессионала. Именно он руководил армией в период, когда уничтожение сети тоннелей ХАМАС в Газе стало одной из главных задач. Официальные рапорты ЦАХАЛ под его руководством сообщали о сотнях разрушенных тоннелей, внедрении новых технологий и тактик, а также о значительных потерях среди боевиков ХАМАС. Однако, как признают и сами военные, полностью ликвидировать подземную инфраструктуру не удалось: по состоянию на 2025 год, от 40 до 65% тоннелей продолжали функционировать, а критики указывают, что несмотря на бодрые отчёты, долгосрочная безопасность так и не была обеспечена. Более того, по итогам операции «Несокрушимая скала» большинство израильтян считали, что армия не достигла всех поставленных целей, а ХАМАС сохранил значительную часть своих возможностей.
Переход Айзенкота из военной сферы в политику сопровождается традиционным скепсисом. Критики отмечают, что бывшие генералы, как правило, не обладают необходимыми политическими навыками, не умеют вдохновлять общество оригинальными решениями и быстро теряют поддержку, когда сталкиваются с необходимостью компромиссов и сложной работой в многопартийной системе. Сам Айзенкот — человек сдержанный, прагматичный, но лишённый яркой харизмы, что может стать серьёзным препятствием для завоевания широкой электоральной базы. Его союз с правыми политиками вызывает вопросы о принципиальности и последовательности его взглядов, а риторика о профессионализме и деполитизации армии, хотя и находит отклик у части центристов, не гарантирует массовой поддержки в условиях острого политического кризиса.
Опросы общественного мнения подтверждают: партия Айзенкота стабильно занимает место в середине электоральной таблицы, получая 7–11 мандатов, но не становится катализатором радикальных изменений. Её влияние проявляется скорее в ослаблении позиций других центристских проектов, чем в перераспределении голосов между коалицией и оппозицией.
В экспертном сообществе не устают напоминать: даже если партия генерала стартует с успехом, к следующим выборам она либо теряет значительную часть поддержки, либо исчезает как самостоятельная сила. История израильской политики последних десятилетий — лучшее тому подтверждение. Впрочем, Айзенкот не скрывает, что создание партии — это для него «личный и национальный долг», попытка ответить на общественный запрос на профессионализм и ответственность. Но сможет ли он, в отличие от своих предшественников, превратить военный капитал в долгосрочный политический успех?
Ответ на этот вопрос даст только время и избирательная урна. Пока же «Яшар ле-Исраэль им Айзенкот» — очередная глава в книге о том, как генералы пытаются спасти израильскую политику, но чаще всего оказываются в роли временных игроков, чьи партии исчезают так же быстро, как и появляются.
