Все меньше остается рядом с нами людей, ставших живыми свидетелями Катастрофы, переживших концлагеря и гетто, бегство от фашистских захватчиков и эвакуацию из оккупированных территорий. Большая часть выживших нашла после войны надежное убежище — национальный дом под именем Государство Израиль
Многие, и прежде всего, жители Западной и части Восточной Европы смогли обосноваться на исторической родине в первые же годы образования еврейского государства, но евреи тогдашнего Советского Союза не реализовали свою мечту: возведенный перед окном в Европу «железный занавес» почти на полвека отодвинул для них эту возможность. И все-таки, как только занавес упал, сотни тысяч недавних советских граждан оказались на земле предков. Среди них было и немало людей, переживших Катастрофу. И тут выяснилась странная картина: оказалось, что Государство Израиль по-разному воспринимает «старых» и новых граждан из числа жертв Холокоста. Особенно это коснулось беженцев из бывшего СССР. Все тридцать с лишним лет Большой алии общественные деятели ставят перед законодателями и правительствами вопрос об уравнивании в правах обеих групп населения, но…
Очередное письмо на эту тему прислал в редакцию президент движения «Хазит а-Кавод» Александр Берман. Вот о чем он сообщает:
«Недавно Управление по правам выживших в Катастрофе при министерстве финансов опубликовало доклад об израильтянах, переживших Холокост. Согласно отчету, на момент публикации в Израиле проживало 81897 беженцев Холокоста и 1972 узника концлагерей и гетто. То есть, беженцы составляли 97, а узники — менее 3 процентов от общего числа израильтян, переживших Холокост. При этом в докладе упоминается отдельно группа беженцев в количестве 43114 (на момент публикации) пожилых репатриантов из бывшего СССР. Но есть и вторая группа из 38783 беженцев, прибывших в Израиль из Польши, Румынии и других европейских стран до 1 октября 1953 года. Вывод о том, что эти люди являются именно беженцами, сделан нами на основании того, что, во-первых, они не получают ежемесячную ренту от Германии, которая полагается узникам концлагерей и гетто, и, во-вторых, размер ежемесячной поддержки, которую они получают от государства Израиль, соответствует размеру ежемесячных социальных пособий, выплачиваемых беженцам Холокоста, прибывшим в страну до 1 октября 1953 года. Размер этих пособий составляет в зависимости от состояния их здоровья и материального положения от 7050 до 12900 шекелей в месяц, или не менее 84600 шекелей в год.
В то же время ежегодная субсидия, которую получает от государства каждый из советских беженцев, составляет на сегодня 7502 шекеля, то есть более чем в 10 раз меньше, Данные, опубликованные Управлением по правам выживших в Катастрофе, свидетельствуют о том, что экономическая и моральная дискриминация беженцев Холокоста, репатриировавшихся в Израиль из стран бывшего СССР, продолжается даже после того, как государство признало их в 2014 году пострадавшими во время Холокоста.
Нам известно, что государство уделяет большое внимание заботе о выживших в Холокосте. Например, в 2024 году из государственного бюджета было выделено 5,3 млрд шекелей на обеспечение им достойных условий жизни. Как же могло случиться, что беженцы Холокоста из бывшего СССР считаются при этом пострадавшими второго сорта и не получают той поддержки, что и беженцы Холокоста из Европы?
Юридическим обоснованием этой дискриминации является Закон об инвалидах, пострадавших от нацистских преследований (в дальнейшем — инвалиды Холокоста) от 1957 года. Речь в этом законе идет об инвалидности, присуждаемой вследствие психологической травмы, полученной евреями из-за преследований нацистами, а также об отдаленных по времени последствиях в нарушениях здоровья. Согласно закону, инвалидами Холокоста признаются только те беженцы, кто прибыл в Израиль до 1 октября 1953 года. Сегодня таковых, как упоминалось выше, более 38 тысяч, и они получают вполне достойное социальное обеспечение — в отличие от других 43 тысяч беженцев-выходцев из бывшего СССР, приехавших в Израиль после 1953 года.
Стоит отметить, что инициатива исходила не от Государства Израиль. Как объяснил министр Зеэв Элькин, эта критическая дата, разделившая беженцев Холокоста на «счастливцев» и «несчастливцев», была установлена правительством Германии, которое в 1952 году взяло на себя обязательство оказывать финансовую помощь только тем беженцам Холокоста, кто прибыл в Израиль до 1 октября 1953 года.
Советское правительство в течение многих лет запрещало любые публикации о судьбе советских евреев во время войны с нацистской Германией. Поэтому в Израиле до начала 1990-х годов ничего не было известно о том, в каких драматических условиях проходила эвакуация евреев в тыловые районы СССР, вследствие чего возобладала, по-видимому, точка зрения, что советские евреи не так сильно пострадали во время эвакуации, как беженцы из Польши, Румынии и других стран Европы. Только после того, как движение «Хазит а-Кавод» совместно с Союзом ученых-репатриантов собрали и опубликовали многочисленные воспоминания беженцев Холокоста из бывшего СССР, удалось восстановить правду о том, через какие жестокие испытания пришлось им пройти в 1941-1945 годах в период эвакуации. Как массово погибали беженцы Холокоста во время целенаправленных бомбежек поездов и кораблей с эвакуированными, при расстрелах толп беженцев на дорогах. Многие дети беженцев Холокоста умерли во время эвакуации от болезней, эпидемий и недоедания, многие страдают посттравматическим стрессовым расстройством.
Публикация этих воспоминаний помогла добиться того, что в 2014 году правительство и кнессет Израиля признали 80 тысяч беженцев Холокоста из бывшего СССР пострадавшими во время Холокоста. Им был присвоен статус «ницолей-шоа» — выжившие в Катастрофе. Однако парадокс заключается в том, что при этом они не получили статуса инвалидов Холокоста. Поэтому социальная помощь, которую в настоящее время получает каждый из живущих сегодня 43 тысяч советских беженцев (именно столько их осталось спустя одиннадцать лет), во много раз меньше таковой, которую получают беженцы из Европы, прибывшие в Израиль до 1 октября 1953 года.
Есть еще одна группа пожилых репатриантов, которые родились во время войны в семьях беженцев и тоже до сих пор не признаются Государством Израиль и Германией пострадавшими в Катастрофе. Многие из них пострадали в эвакуации из-за тяжелых условий жизни и недоедания. Движение «Хазит а-Кавод» полагает, что их также следует признать пострадавшими во время Холокоста.
Противопоставление беженцев Холокоста из стран бывшего СССР и из Европы, разделение их на первый и второй сорт не только несправедливо, но и абсурдно, поскольку сотни тысяч беженцев из Польши и Румынии спасались от уничтожения нацистами на территории того же Советского Союза. Они жили в эвакуации бок о бок с советскими евреями, в таких же тяжелых условиях военного времени. Однако, в отличие от советских евреев, у них как подданных Польши и Румынии была возможность выехать из СССР сразу по окончании войны, и они смогли репатриироваться до 1 октября 1953 года.
Советское правительство до 1971 года не позволяло евреям репатриироваться в Израиль, вследствие чего беженцы Холокоста из их числа оказались в Израиле «без вины виноватыми». Необходимо, чтобы депутаты кнессета и правительство исправили эту историческую несправедливость и положили конец длящейся почти 70 лет дискриминации советских репатриантов. Движение «Хазит а-Кавод» выражает благодарность депутату кнессета Татьяне Мазарской, подавшей два законопроекта по улучшению социального обеспечения советских репатриантов-жертв Катастрофы. По оценкам министерства финансов один из них обойдется госбюджету в 3 млрд шекелей ежегодно, что делает его утверждение проблематичным. Поэтому на первом этапе движение намерено добиваться того, чтобы в бюджет на 2026 год были включены расходы, связанные с увеличением размера ежегодной субсидии для беженцев Холокоста из бывшего СССР с 7500 до 12 тысяч шекелей.
3 ноября состоялась встреча руководителей движения «Хазит а-Кавод Александра Бермана и Абрама Шарнопольского с директором Управления по правам выживших в Катастрофе Ронит Розен. Она пояснила, что для решения проблемы необходимо проводить большую разъяснительную работу с депутатами кнессета и публиковать больше материалов на эту тему в СМИ.
Надо сказать, справедливости в этом деле можно добиваться также через суд. В 2014 году амута «Кен ле-закен» подала в Высший суд справедливости иск с требованием признать всех беженцев Холокоста, приехавших в Израиль после 1.10.1953, инвалидами Холокоста. Тогда БАГАЦ не поддержал это требование — мнения судей разделились: один высказался «за», двое – «против». Между тем, за последние десять лет получены новые убедительные свидетельства того, что многие беженцы Холокоста пострадали и физически, и психологически от преследований нацистов, поэтому данный вопрос может быть вновь внесен на рассмотрение суда».
Я обратился к Татьяне Мазарской с просьбой прокомментировать письмо Александра Бермана.
— Я давно связана с людьми, пережившими Катастрофу, — сказала она, — и близко к сердцу принимаю их проблемы. Особенно меня тронула судьба этих людей, когда я переводила с русского языка на иврит воспоминания жителей Кармиэля о том, как они пережили в детстве бегство из родных мест и жизнь в эвакуации. 105 рассказов, и каждый полон незабываемыми трагическими моментами.
Летом этого года я подала два законопроекта, касающиеся льгот для репатриантов из стран бывшего Советского Союза, переживших Катастрофу и прибывших в Израиль после 1953 года. Один из законопроектов касается выплат, которые получают эти люди от государства раз в год на медицинские расходы как беженцы из оккупированных фашистами территорий. Беженцы Холокоста, прибывшие в Израиль после 1953 года, были в те годы малолетними детьми и пережили во время бегства и эвакуации не меньше страданий, чем люди, которые находились рядом с ними, но благодаря обладанию гражданства других стран смогли вернуться после окончания войны на родину и оттуда совершить алию в Израиль. Советские беженцы-евреи такой возможности просто не имели, но это ничуть не умаляет их статуса. Поэтому мой законопроект предусматривает уравнять в правах всех переживших Катастрофу, независимо от времени их репатриации, и признать инвалидами также категорию лиц, прибывших в страну после 1953 года, с выплатой им соответствующих ежемесячных пособий.
Хочу отметить: вследствие того, что люди эти крайне преклонного возраста и уходят из жизни практически ежедневно, бюджет, который выделяет им государство в качестве помощи, не расходуется полностью, и это еще одна сторона несправедливого распределения денег. Поэтому второй мой законопроект предусматривает не одноразовую выплату 7,5 тысячи, а разделение данной суммы и ежемесячное ее перечисление. Правда, здесь есть подвох: поскольку ежемесячный доход таких людей увеличивается, «Битуах леуми» может сократить им свои выплаты, поэтому следует оговорить, что разделенная по месяцам ежегодная государственная помощь не будет считаться дополнительным доходом.
— Каковы, на ваш взгляд, шансы на утверждение кнессетом ваших законодательных инициатив?
— Нынешняя коалиция совершенно однозначно их не поддержит. Наша партия в оппозиции, поэтому частные законопроекты, не поддерживаемые правительством, практически отвергаются. Полгода назад комиссия кнессета по законодательству и пленарное заседание кнессета, где большинство голосов также у коалиции, не допустила мой законопроект о равенстве всех переживших Катастрофу к рассмотрению в первом чтении, и я могу вновь подать его только через полгода. Но вряд ли картина будет иной: несмотря на то, что многие депутаты коалиционных партий поддерживают мою инициативу, они обязаны соблюдать коалиционную дисциплину.
Несомненно, проблема, которую уже три десятилетия ставят на повестку дня репатрианты из бывшего СССР, пережившие Катастрофу, затрагивает не только материальную, но и моральную сторону. Государство находит и более весомые средства для финансирования проектов, которые оказываются порой нерентабельными или малоэффективными. В то же время циничное игнорирование вполне справедливых требований целой группы населения не может не вызывать возмущения — особенно когда речь идет о людях, чудом выживших в годы нацистских преследований. Не пора ли нашим законодателям перейти от слов сочувствия к конкретной помощи, не разделяя на беженцев первого и второго сорта?
