«По несчастью или к счастью, истина проста: никогда не возвращайся в прежние места. Даже если пепелище выглядит вполне, не найти того, что ищем, ни тебе, ни мне…» — писал кинорежиссер и поэт Геннадий Шпаликов. И тут осмелюсь поспорить — в целом, наверное, мастер прав. Но иногда бывают и исключения — совсем не навещать любимые места детства и юности порой бывает ещё губительнее и грустнее, чем осмелиться вновь пройтись по этим улочкам, погрузившись в далёкие, приятные, сладкие воспоминания.
Мемориальная доска композитору Эдуарду Савельевичу Колмановскому.
После рождения дочки Лизы в мои 34 года, сильно «засиделась» с ней дома, а все те локации и заведения, где любила бывать до её рождения — ненадолго канули в лету, покрывшись толстым слоем многолетней пыли. И вот теперь, когда дочка чуть подросла и уже ездит со мной, в качестве друга, начинаю потихоньку исправлять это досадное упущение. Приглашаю вас провести со мной ещё один день, из серии «возвращение в прошлое».
Мемориальная доска профессору Сигурду Оттовичу Шмидту.
На Кузнецком мосту, на ул.Рождественка – не была очень давно, лет девять точно. А раньше, ещё учась в школе, регулярно приезжала сюда с мамой. Она ехала в центр Москвы по делам и также брала меня с собой. Сначала мы обязательно отправлялись в именитый «Детский мир» на Лубянке, куда, как магнитом, тянуло всех детей, в главный детский магазин ещё той далекой поры, до реконструкции, без нынешнего блеска, гламура и пафоса, в стенах которого по-прежнему витали дух и облик советского прошлого — очереди, грубая обёрточная бумага, вместо пакетов, прежний сдержанный антураж, строгие продавщицы, в каждом отделе. А выйдя из «Детского мира», мы любили перекусить в вегетарианском кафе индийской кухни «Джаганат», расположенном и сейчас — на длинной, оживленной центральной улице Кузнецкий Мост, окутанной многочисленными загадками и тайнами прошлого. На одной из немногих оставшихся московских улиц, мощенных большей частью брусчаткой. Именно там я впервые приобщилась к вегетарианской, индийской кухне, пропитанной терпкими пряными вкусами национальных специй, узнала, что есть обманные «мясные» изделия, приготовленные из сои, попробовала различные индийские сладости и диковинные напитки, по вкусу напоминающие компот из сухофруктов. 
Бывала я здесь и в Центральном Доме работников искусств (ЦДРИ), прямо у выхода из метро Кузнецкий мост. А потом, как сказала ранее, случился долгий — долгий перерыв в «свиданиях» с центром мегаполиса, когда прекратила там бывать. И вот, наконец, к моей большой радости, повод снова отправиться туда — появился. Меня, признаюсь уже во второй раз, пригласили в старинное, приятное глазу, благородное здание Института Востоковедения РАН голубого цвета, что красуется на ул.Рождественка. Это – комплекс усадьбы, потрясающее московское пространство, наполненное неповторимым колоритом и атмосферой Востока. Из справочной литературы мне стало известно, что в конце 19-го – начале 20-го века в этом доме была открыта гостиница «Берлин» с рестораном и семейным садом, в ней останавливались самые знаменитые личности, звёзды того времени.
С началом Первой мировой войны гостиница была переименована в «Париж-Англия», и уже давным — давно здесь работает Институт востоковедения Российской академии наук. Данное сооружение сразу поразило меня не только снаружи, но и внутри, ведь попадая в него – будто оказываешься в мудрой, восточной сказке, с абсолютно неизвестным финалом. Пойдешь направо – попадёшь в отдел, занимающийся Китаем, пойдёшь налево – на двери прикреплена аутентичная африканская маска, значит, тут изучают и исследуют этот жаркий загадочный континент, пойдёшь прямо – наткнёшься на отделение, специализирующееся на Японии. И таких дверей, посвящённых далёким от нас, экзотическим государствам – очень много, и поначалу даже легко заблудиться. Извилистые исторические коридоры, вид из окон во двор, на архаичные дома из прошлого, акварельных цветов. Меня пригласил посетить это изумительное место, где также проводятся интереснейшие семинары — Лев Рафаилович Городецкий — руководитель Центра изучения Талмуда и руководитель проекта перевода Вавилонского Талмуда на русский язык. В общении со Львом, другом нашей семьи, которого помню со своих восьми лет, у меня также был огромный перерыв. В его просторном кабинете – довольно аскетично, но своё, особое, почётное место занимают большой стол и шкаф с увесистыми томами знаменитого перевода Вавилонского Талмуда на русский язык. Несомненно, здесь работают неординарные люди, преданные науке, настоящие фанаты своего дела, помогающие сохранять и популяризовать культуру, язык, историю, традиции и обычаи стран Азии и Северной Африки, Ближнего Востока.
Погостив в этом потрясающем, интеллектуальном, энергетически подпитывающем оазисе, минуя нарядный Кузнецкий мост, сверкающий в темноте яркими огнями февральского вечера, украшенный массой ещё не убранных, новогодних композиций, пешком я отправилась дальше, в следующий пункт своего назначения, ближе к Красной площади. Благо, всё находится рядом. Повод для этого тоже имелся: на вахте Историко — архивного института РГГУ меня ждал документ, который мне следовало подписать. Повернув с Рождественки — к Детскому миру, нырнув в подземный переход, оказываюсь на не менее блистательной во всех смыслах Никольской улице и бреду вперед. С мемориальной доски, прикреплённой на здании РГГУ, на меня в темноте взглянул интеллигентный мужчина в очках, это — коренной москвич, историк, краевед, профессор Сигурд Оттович Шмидт. Доску ему открыли в год столетия со дня его рождения и установили на том самом учебном заведении, в котором прославленный педагог проработал более 64 лет – с 1949 года и до конца своей жизни. Он родился в уважаемой семье известного учёного Отто Юльевича Шмидта – знаменитого полярника, исследователя Севера и литературоведа Маргариты Эммануиловны Голосовкер, всю жизнь прожил в Кривоарбатском переулке, рядом с «домом Мельникова», весьма гордился этим фактом, знал, любил, изучал родной Арбат, первоначально носил фамилию матери.
Подписав бумагу на вахте РГГУ, попрощавшись с весёлыми охранницами вуза и Сигурдом Шмидтом, двигаюсь пешком по оживленной Никольской улице — уже в сторону Тверской, точнее — к Газетному переулку, к прославленному Дому Композиторов, где создавались вечные, добрые и прекрасные музыкальные произведения, на все времена. Мне надо навестить здесь ещё одно своё любимое место, где я также не была много лет, это — доска композитору Эдуарду Колмановскому, автору хита «Я люблю тебя, жизнь!», сочинившему более 200 песен, инструментальных пьес, оркестровых произведений и музыкальных спектаклей.
Монументальное посвящение маэстро, на котором его профиль легко узнаётся, установили, по понятным причинам — именно тут, потому что много лет Эдуард Савельевич жил и успешно творил в этом доме. Мне с самого раннего детства невероятно нравились все его трогательные, мелодичные, берущие за душу музыкальные композиции к фильму «Большая перемена», который со смехом и с удовольствием смотрела много раз. Это там, где взрослые сидят за школьными партами, и ведут себя, как дети — влюбляются, ссорятся и мирятся, не слушаются учителей, получают двойки. Уверена, без замечательной музыки Колмановского, этот фильм не был бы столь сильным, ярким, запомнившимся не одному поколению россиян.
Спускаюсь после этого насыщенного, удачного дня в метро и думаю, как же здорово открывать для себя новые места и архитектуру, знакомиться с разными людьми, восстанавливать оборванные связи с теми, с кем много лет не общался, не бояться возвращаться туда, где когда-то был так счастлив, завершать свой день на столь позитивной ноте, в самом центре российской столицы. И, словно части многослойного пирога, на мои старые воспоминания, прочно связанные с тем или иным уголком Москвы, гармонично ложатся свежие знания, эмоции и впечатления, ничуть не вытесняя прежние…
Автор Яна Любарская.
Фото — из свободных интернет — источников.
