Министерство культуры Израиля наконец-то решило проблему финансирования израильского кинематографа. Теперь важно не что снимать и как снимать, а кто снимает и откуда родом. Формула гениальности проста: чем больше женщин и жителей периферии в съемочной группе, тем больше денег из бюджета.
7 мая 2025 года комиссия Кнессета по образованию, культуре и спорту под председательством депутата Йосефа Тайеба (ШАС) решила революционно изменить систему финансирования израильского кинематографа. То, что происходило в зале заседаний, больше напоминало сценарий абсурдистской комедии, нежели серьезное обсуждение культурной политики государства.
Что решила комиссия: математика вместо творчества
Комиссия предприняла три ключевых шага, которые перевернут израильский кинематограф с ног на голову:
— Отменила существующий реестр из 1300 лекторов, ранее дававших рекомендации фондам господдержки
— Предоставила кинофондам полную автономию в привлечении лекторов без государственного контроля
— Ввела новый принцип финансирования: «чем больше зрителей смотрит — тем выше баллы фонда»
Министр культуры Мики Зоар (Ликуд), защищая эти изменения, заявил, что существующий реестр лекторов «показал свою неэффективность», а новая система «позволит израильской публике напрямую влиять на распределение финансирования». Прекрасная идея, не правда ли? Представьте себе Феллини, вынужденного доказывать коммерческий потенциал «8½» или Бергмана, объясняющего, почему «Персона» привлечет массового зрителя.
Распределение 86,5 миллионов: искусство или арифметика?
В 2024 году через 11 кинофондов было распределено 86,5 млн шекелей на создание 328 израильских фильмов. Простая математика показывает, что в среднем каждый фильм получил около 264 тысяч шекелей финансирования. Немалые деньги для страны, где бюджет является предметом постоянных политических баталий. А количество фильмов желающих халявных шекелей превышает объемы Голливуда.
Льготное финансирование в сфере искусства — вопрос действительно спорный. В условиях маленького Израиля, где «талантом себя считает каждый первый, научившийся извлекать из своего организма громкий вопль, что его обижают», система распределения средств превратилась в настоящую «творческую кормушку». Десятки миллионов шекелей из бюджета на культуру зачастую попадали тем, кого можно назвать авторами «фильмов» только с изрядной долей иронии.
Ключевой вопрос: Что важнее для израильского кино — художественная ценность или демографические квоты?
От творчества к демографии: новая реальность израильской культуры
Теперь вместо оценки художественной ценности и потенциала проектов, кинофонды будут учитывать, сколько женщин входит в съемочную группу, какое соотношение мизрахим и ашкеназов среди создателей, и из какого региона Израиля родом режиссер. Действительно, кому нужен талант, когда можно просто заполнить правильные клеточки в демографической таблице?
Ситуация напоминает анекдот об американском продюсере, который отверг сценарий по книге «Война и мир» со словами: «Слишком много белых аристократов и недостаточно представителей афроамериканцев из бедных штатов». Только в нашем случае это не анекдот, а новая реальность израильского кинематографа.
Куда движется израильское кино?
По-настоящему выдающиеся израильские режиссеры, такие как Йосеф Седар или Эйтан Фокс, редко стояли в очереди за государственными субсидиями. Их талант говорил сам за себя, а работы получали признание на международных фестивалях не благодаря, а скорее вопреки существующей системе государственного финансирования.
Тем временем, новая система распределения финансирования вызывает озабоченность.. И не приведет ни к чему, кроме создания очередной «кормушки для своих».
Международный контекст: как это делают другие
В то время как Израиль погружается в пучину демографической арифметики, другие малые страны с развитой киноиндустрией следуют совершенно иному пути. Дания, например, предлагает налоговые льготы для международных кинопроизводств, не интересуясь гендерным составом съемочной группы. Ирландия предоставляет продюсерам базовые кредиты, которые могут быть увеличены для независимых фильмов.
Предполагается, что новая израильская модель финансирования кино будет способствовать «устранению предвзятости при выделении средств на проекты». Но не заменяем ли мы одну предвзятость другой? Не становится ли творческий потенциал заложником политической целесообразности?
Последствия для израильского кинематографа
Решение комиссии Кнессета под руководством депутата Тайеба открывает новую главу в истории израильского кино — главу, которую можно было бы назвать «Талант по квоте». В ближайшие годы мы, вероятно, увидим всплеск фильмов, созданных демографически «правильными» командами, соответствующими новым критериям финансирования.
Возможно, некоторые из этих фильмов действительно окажутся успешными — статистическая вероятность этого существует. Но сколько потенциальных шедевров останется нереализованными из-за того, что их создатели не вписались в прокрустово ложе новых критериев?
Заключение: кино без искусства?
И всё это перераспределение десятков миллионов бюджетных денег происходит открыто на глазах миллионов израильтян, однажды умудрившихся выбрать себе таких талантливых управленцев, — эта горькая ирония точно отражает суть происходящего.
Комиссия Кнессета, возможно, искренне, в силу своего коллективного ума, пытается сделать систему распределения средств более прозрачной и демократичной. Но в итоге мы получаем систему, в которой важнее не что снимать, а кто снимает. Не содержание, а форма. Не искусство, а демография.
И когда в следующий раз вы услышите о новом израильском фильме, получившем международное признание, знайте: скорее всего, он был снят вопреки, а не благодаря этой новой системе. Потому что настоящее искусство всегда находит путь — даже через дебри бюрократии и абсурдных квот.
