Середнячки политического ландшафта в поисках электорального чуда. А тем временем, 46% израильтян опасаются возможности внутренней гражданской войны.
В стремительно меняющемся политическом ландшафте Израиля лидеры оппозиции Яир Лапид и Яир Голан демонстрируют классический пример того, как отчаяние рождает радикализм. Согласно последним опросам общественного мнения, их политические движения — «Еш Атид» и «Демократы» — прочно застряли в средней части таблицы предпочтений израильских избирателей, набирая около 12 мест каждая. В то же время, правящий «Ликуд» Биньямина Нетаниягу уверенно лидирует с 22-26 местами в зависимости от опроса.
Ситуация напоминает старую сатирическую поговорку: «Когда нечем привлечь избирателя — попробуй его напугать». И действительно, риторика оппозиционных лидеров становится всё более радикальной пропорционально их неспособности прорваться в первый эшелон политического Олимпа. Призывы Лапида к «налоговому восстанию» и заявления Голана о необходимости «парализовать экономику» — не что иное как попытка компенсировать отсутствие избирательной динамики громкостью политических заявлений.
Уравнение с рейтингами: чем ниже цифры опросов, тем радикальнее риторика
Феномен, который мы наблюдаем сегодня, уходит корнями в классическую политическую стратегию «аутсайдера». В условиях, когда традиционные методы не приносят электоральных дивидендов, политические лидеры нередко прибегают к радикализации своих позиций. История израильской политики богата такими примерами.
На декабрьском митинге 2024 года Лапид выступил с эмоциональной речью, в которой обвинил Нетаниягу в безразличии к судьбе заложников и даже бросил вызов, как будто перепутав правительство Израиля с главарями ХАМАС, заявив: «Хотите войны? Вы получите войну! Мы вас не боимся! Вы проиграете; мы не сдадимся!». Такая воинственная риторика резко контрастирует с более умеренной позицией, которую он занимал, когда опросы показывали лучшие результаты для его партии.
Бывший генерал Голан, только что «вылупившийся» на внутриполитическом театре военных действий, со своей стороны, обвинил правительство в преднамеренном затягивании войны в Газе для сохранения власти и призвал заменить нынешнее правительство «лоялистами сионизма» и «демократии» (то есть, самим собой любимым). Такие заявления вряд ли можно назвать попыткой конструктивного диалога — скорее, это отчаянная попытка привлечь внимание медиа и избирателей.
Исторический контекст: когда оппозиция выбирает неповиновение
История Израиля знает немало примеров, когда оппозиционные силы прибегали к тактике гражданского неповиновения. Вспомним партию «Херут» Менахема Бегина, которая в 1950-х годах организовывала бурные протесты против правительства Бен-Гуриона. Интересно, что эти акции в конечном итоге нанесли ущерб политическим позициям самой партии, что можно считать уроком для современных оппозиционеров.
Более недавний пример — протесты «Черного флага» 2020-2021 годов против Нетаниягу, сфокусированные на обвинениях в коррупции и попытках отложить судебное разбирательство. Эти протесты включали значительные акты гражданского неповиновения и регулярно проходили возле резиденции премьер-министра на улице Бальфур, приводя к столкновениям с полицией и многочисленным арестам.
Однако нынешняя ситуация отличается тем, что призывы к неповиновению звучат в контексте кризиса с заложниками — что придает оппозиционной риторике особенно циничный оттенок.
Политический расчет за призывами к гражданскому неповиновению
За пламенными речами о гражданском неповиновении скрывается холодный политический расчет. Когда Лапид призывает к «налоговому восстанию», а Голан говорит о необходимости «парализовать экономику», они преследуют несколько целей одновременно:
Повысить собственную видимость в медиапространстве, чего сложно добиться традиционными методами при низких рейтингах.
Переформатировать политическую повестку дня от вопросов безопасности (где Нетаниягу традиционно силен) к вопросам внутренней политики и гражданских свобод.
Консолидировать оппозиционный электорат, создавая образ решительного противостояния правительству.
Оказать давление на правительство с целью добиться политических уступок или даже его отставки.
Примечательно, что в своих заявлениях оппозиционные лидеры практически не скрывают, что их главная цель — не столько война в Газе, сколько нанесение политического урона кабинету Нетаниягу. Такая откровенность в политических расчетах могла бы быть освежающей, если бы не контекст продолжающегося кризиса с заложниками.
Последствия для израильской демократии и кризиса с заложниками
Активное использование гражданского неповиновения в качестве политического инструмента имеет серьезные последствия для израильской демократии. С одной стороны, право на протест и гражданское неповиновение является неотъемлемой частью демократического процесса. С другой стороны, призывы к «налоговому восстанию» и «параличу экономики» во время национального кризиса могут привести к дестабилизации ситуации и усилению поляризации общества.
Согласно недавнему опросу, 46% израильтян опасаются возможности внутренней гражданской войны. Эта тревожная статистика указывает на глубокий раскол в израильском обществе, который лишь усугубляется радикальной риторикой политических лидеров.
Что касается кризиса с заложниками, политизация этого вопроса оппозицией может иметь неоднозначные последствия. С одной стороны, общественное давление может заставить правительство активизировать усилия по освобождению заложников. С другой стороны, превращение этого вопроса в инструмент политической борьбы может усложнить переговорный процесс и в конечном итоге навредить самим заложникам.
На видео: Сегодня вечером на марше протестующих в Нахалат Биньямин в Тель-Авиве в одном из баров была заснята молодая женщина, обливающая демонстрантов водой. Когда ее спросили, почему, она ответила: «Потому что Биби — король», — и рассмеялась.
Заключение: театр политического абсурда продолжается
Изучая политическую стратегию лидеров израильской оппозиции, невольно вспоминаешь знаменитое высказывание Уинстона Черчилля: «Политик должен уметь предсказать, что произойдет завтра, через неделю, через месяц и через год. А потом объяснить, почему этого не произошло». Лапид и Голан, застрявшие в середине политического спектра, выбрали тактику, которая может принести им краткосрочные выгоды в виде медийного внимания и мобилизации своих сторонников. Однако в долгосрочной перспективе радикализация риторики и призывы к гражданскому неповиновению рискуют не только усилить поляризацию израильского общества, но и подорвать доверие избирателей к самим оппозиционным силам.
В конечном итоге, политический театр, разворачивающийся сейчас на улицах израильских городов, демонстрирует не столько принципиальность оппозиции, сколько её отчаяние перед лицом стагнирующих рейтингов и отсутствия перспективы прихода к власти. И пока Лапид и Голан продолжают играть в свою политическую игру, реальные проблемы — от кризиса с заложниками до глубинных социально-экономических вызовов — рискуют остаться без адекватного политического ответа.
