Что представляют собой ультраортодоксы в политическом отношении? Если не брать в расчёт тех, кто исповедует полное отделение от «некошерного» Государства Израиль, речь идёт о большом массиве граждан, которые совсем не лишены национальных эмоций. Есть среди них и масса молодых людей, которые не представляют собой потенциальные светочи иудейской мысли, а гораздо более пригодны для гражданского труда и службы в армии.
При этом надо понимать, что молодые люди из ультраортодоксальной общины не самостоятельны политически – ни на избирательном участке, ни в выборе своего пути в жизни. Их путь предопределен семьей, общиной, руководством общины и теми, кого принято называть «главными раввинскими авторитетами поколения» («гдолей ха-дор»). Даже когда речь идёт не о полном разрыве с общиной и семьёй (не приведи Господи!), а лишь о том, чтобы получить персональное разрешение на призыв в особое армейское подразделение для ультра-ортодоксов – такое отклонение от общей колеи доступно единицам. По этой причине не стоит полагаться на попытки повлиять на ультраортодоксальную молодёжь напрямую (финансовыми санкциями и т.п.) — это опять-таки не те люди, которые принимают решения.
Решения за них принимает в первую очередь малопонятная светскому неспециалисту прослойка духовного руководства: сложная иерархическая система общин, фракций, хасидских дворов, йешив и т.д., на верхушке которой располагаются вышеупомянутые главные раввинские авторитеты. Между духовным руководством и основной массой народа имеется еще одна прослойка: политики национального и муниципального уровня, и люди, называющиеся плохо переводимым на русский язык словом «асканим» (оно включает в себя весь диапазон смыслов от «общественный активист», «лоббист» до «делец», «ловкач-проныра»).
Что мы можем сказать об этих принимающих решения людях, не опускаясь до примитивных предрассудков? В силу религиозного воспитания, это как правило люди с консервативным складом ума, не склонные к революционным шагам и поспешным решениям по вопросам, которые можно отложить на завтра. Огромное место в их мировоззрении занимает Катастрофа еврейского народа; они во многом ощущают себя так, как будто на дворе по-прежнему 1948 год, и всё это — гибель большей части правоверных евреев, уничтожение основных центров иудаизма — случилось буквально только что.
Отношение к «еврейскому государству» у ультра-ортодоксальной элиты тоже практически не изменилось с 1948 года: в их глазах это по-прежнему прожект с сомнительными перспективами и еще более сомнительным галахическим статусом. Именно ощущение того, что «мир Торы» по-прежнему стоит на грани полного исчезновения и нуждается в спасении независимо от судьбы «сионистского государства», позволяет ультра-ортодоксальным лидерам вполне искренне считать, что пот и кровь ради Государства Израиль должен проливать кто-нибудь другой, но только не их паства. Очевидно, что мелочи вроде социальных выплат или их отсутствия не могут иметь никакого влияния на соображения подобного масштаба.
Что же должно произойти, чтобы духовное руководство ультраортодоксов осознало, что призыв необходим? Для этого необходимо увязать службу в армии с политической выгодой, и не для каких-то конкретных лидеров, а для пресловутого «мира Торы» в целом. Руководство этой сложной системы должно увидеть и осознать, почему для ее же блага необходимо направить часть людского ресурса на службу стране.
Первый и наиболее простой шаг на пути к созданию соответствующих политических стимулов я бы хотел увидеть реализованным нашей системой уже сейчас, при нынешней коалиции и при нынешнем правительстве, не откладывая в долгий «послевоенный» ящик. Это в большой степени декларативный шаг, который не будет достаточным для достижения равенства, но всё же важен сам по себе: люди, прошедшие службу в армии или альтернативную гражданскую службу, должны получить эксклюзив на пассивное избирательное право.
Часть 2 из 3
Подпишитесь на этот канал: @romanaboutmeast
https://t.me/romanaboutmeast
Telegram
Ближний В. (мои 5 агорот)
Канал журналиста Романа Янушевского. Четко и понятно о Ближнем Востоке и Израиле в нем
